Неточные совпадения
— Позвольте вам вместо того, чтобы заводить длинное
дело, вы, верно, не хорошо рассмотрели самое завещание: там, верно, есть какая-нибудь приписочка. Вы возьмите его на время к себе. Хотя, конечно, подобных вещей на дом брать запрещено, но если хорошенько попросить некоторых чиновников… Я с своей
стороны употреблю
мое участие.
— Вас может только наградить один Бог за такую службу, Афанасий Васильевич. А я вам не скажу ни одного слова, потому что, — вы сами можете чувствовать, — всякое слово тут бессильно. Но позвольте мне одно сказать насчет той просьбы. Скажите сами: имею ли я право оставить это
дело без внимания и справедливо ли, честно ли с
моей стороны будет простить мерзавцев.
Казбич остановился в самом
деле и стал вслушиваться: верно, думал, что с ним заводят переговоры, — как не так!..
Мой гренадер приложился… бац!.. мимо, — только что порох на полке вспыхнул; Казбич толкнул лошадь, и она дала скачок в
сторону. Он привстал на стременах, крикнул что-то по-своему, пригрозил нагайкой — и был таков.
— Вчера, я знаю. Я ведь сам прибыл всего только третьего
дня. Ну-с, вот что я скажу вам на этот счет, Родион Романович; оправдывать себя считаю излишним, но позвольте же и мне заявить: что ж тут, во всем этом, в самом
деле, такого особенно преступного с
моей стороны, то есть без предрассудков-то, а здраво судя?
— Да
моя теория та: война, с одной
стороны, есть такое животное, жестокое и ужасное
дело, что ни один человек, не говорю уже христианин, не может лично взять на свою ответственность начало войны, а может только правительство, которое призвано к этому и приводится к войне неизбежно. С другой
стороны, и по науке и по здравому смыслу, в государственных
делах, в особенности в
деле воины, граждане отрекаются от своей личной воли.
Ну да ведь
мое дело —
сторона; знай свой ланцет, и баста!
— Маленечко ошибся, — промолвил
мой возница, — в
сторону, знать, взял грешным
делом, а теперь подождать надоть.
Когда не было леса по берегам, плаватели углублялись в
стороны для добывания дров. Матросы рубили дрова, офицеры таскали их на пароход. Адмирал порывался
разделять их заботы, но этому все энергически воспротивились, предоставив ему более легкую и почетную работу, как-то: накрывать на стол,
мыть тарелки и чашки.
— Милый
мой, ведь это ты для
моего успокоения геройствовал. А убежим сейчас же, в самом
деле, если тебе так хочется поскорее кончить карантин. Я скоро пойду на полчаса в мастерскую. Отправимтесь все вместе: это будет с твоей
стороны очень мило, что ты первый визит после болезни сделаешь нашей компании. Она заметит это и будет очень рада такой внимательности.
«…
Мои желания остановились. Мне было довольно, — я жил в настоящем, ничего не ждал от завтрашнего
дня, беззаботно верил, что он и не возьмет ничего. Личная жизнь не могла больше дать, это был предел; всякое изменение должно было с какой-нибудь
стороны уменьшить его.
Она, с своей
стороны, вовсе не
делила этих предрассудков и на своей половине позволяла мне все то, что запрещалось на половине
моего отца.
Накануне
моего отъезда из Ниццы я получил приглашение от начальника полиции de la sicurezza pubblica. [общественной безопасности (ит.).] Он мне объявил приказ министра внутренних
дел — выехать немедленно из сардинских владений. Эта странная мера со
стороны ручного и уклончивого сардинского правительства удивила меня гораздо больше, чем высылка из Парижа в 1850. К тому же и не было никакого повода.
Рассказы о возмущении, о суде, ужас в Москве сильно поразили меня; мне открывался новый мир, который становился больше и больше средоточием всего нравственного существования
моего; не знаю, как это сделалось, но, мало понимая или очень смутно, в чем
дело, я чувствовал, что я не с той
стороны, с которой картечь и победы, тюрьмы и цепи. Казнь Пестеля и его товарищей окончательно разбудила ребяческий сон
моей души.
— Помилуйте, зачем же это? Я вам советую дружески: и не говорите об Огареве, живите как можно тише, а то худо будет. Вы не знаете, как эти
дела опасны —
мой искренний совет: держите себя в
стороне; тормошитесь как хотите, Огареву не поможете, а сами попадетесь. Вот оно, самовластье, — какие права, какая защита; есть, что ли, адвокаты, судьи?
По сю
сторону Уральского хребта
дела делаются скромнее, и, несмотря на то, я томы мог бы наполнить анекдотами о злоупотреблениях и плутовстве чиновников, слышанными мною в продолжение
моей службы в канцелярии и столовой губернатора.
Дипломат, видя, что
дело становится хуже, попробовал пугнуть старика
моим здоровьем; но это уже было поздно, и свидание окончилось, как следовало ожидать, рядом язвительных колкостей со
стороны моего отца и грубых выражений со
стороны Кетчера.
Не вызванный ничем с
моей стороны, он счел нужным сказать, что он не терпит, чтоб советники подавали голос или оставались бы письменно при своем мнении, что это задерживает
дела, что если что не так, то можно переговорить, а как на мнения пойдет, то тот или другой должен выйти в отставку.
Так прошло много времени. Начали носиться слухи о близком окончании ссылки, не так уже казался далеким
день, в который я брошусь в повозку и полечу в Москву, знакомые лица мерещились, и между ними, перед ними заветные черты; но едва я отдавался этим мечтам, как мне представлялась с другой
стороны повозки бледная, печальная фигура Р., с заплаканными глазами, с взглядом, выражающим боль и упрек, и радость
моя мутилась, мне становилось жаль, смертельно жаль ее.
Я никогда не был политиком, и
моя мысль о злобе
дня никогда не делалась политической, она оставалась философской, моральной, заинтересованной духовной
стороной вопроса.
В горах с правой
стороны реки, против фанзы Сиу Фу, китайцы
мыли золото, но бросили это
дело вследствие того, что добыча драгоценного металла не оправдывала затрачиваемых на нее усилий.
На другой
день мы выступили рано. Путь предстоял длинный, и хотелось поскорее добраться до реки Сан-хобе, откуда, собственно, и должны были начаться
мои работы. П.П. Бордаков взял ружье и пошел
стороной, я с Дерсу по обыкновению отправился вперед, а А.И. Мерзляков с мулами остался сзади.
—
Дело в следующем анекдоте из прошедших веков, ибо я в необходимости рассказать анекдот из прошедших веков. В наше время, в нашем отечестве, которое, надеюсь, вы любите одинаково со мной, господа, ибо я, с своей
стороны, готов излить из себя даже всю кровь
мою…
— Напрасно вы так свысока, — прервал Ипполит, — я, с своей
стороны, еще в первый
день переезда
моего сюда дал себе слово не отказать себе в удовольствии отчеканить вам всё и совершенно откровеннейшим образом, когда мы будем прощаться. Я намерен это исполнить именно теперь, после вас, разумеется.
Терпи от нее попреки и побои, а
мое дело тут
сторона.
— Завтра исправлюсь, завтра и поеду. Нечего мешкать. Как знают матери, так пущай и делают.
Мое дело теперь
сторона, — ответил Василий Борисыч.
Программа
моего парижского
дня делалась гораздо разнообразнее, а стало быть, и пестрее. Я уже был корреспондент и обязан был следить за всякими выдающимися
сторонами парижской жизни.
Париж еще сильно притягивал меня. Из всех
сторон его литературно-художественной жизни все еще больше остального — театр. И не просто зрелища, куда я мог теперь ходить чаще, чем в первый
мой парижский сезон, а вся организация театра, его художественное хозяйство и преподавание. «Театральное искусство» в самом обширном смысле стало занимать меня, как никогда еще. Мне хотелось выяснить и теоретически все его основы, прочесть все, что было писано о мимике, дикции, истории сценического
дела.
В
моей тетке (со
стороны матери) я находил всегда чуткую душу, необычайно добрую, развитую, начитанную, с трогательной любовью к своей больной сестре,
моей матери, и к брату Николаю, особенно с той минуты, как он был сослан в Сибирь по
делу Петрашевского.
И все это шло как-то само собой в доме, где я рос один, без особенного вмешательства родных и даже гувернеров. Факт тот, что если физическая
сторона организма мало развивалась — но далеко не у всех
моих товарищей, то голова работала. В сущности, целый
день она была в работе. До двух с половиной часов — гимназия, потом частные учителя, потом готовиться к завтрашнему
дню, а вечером — чтение, рисование или музыка, кроме послеобеденных уроков.
Попал я через одного француза с первых же
дней моего житья в этот сезон в пансиончик с общим столом, где сошелся с русским отставным моряком Д. — агентом нашего"Общества пароходства и торговли", образованным и радушным холостяком, очень либеральных идей и взглядов, хорошо изучившим лондонскую жизнь. Он тоже не мало водил и возил меня по Лондону, особенно по части экскурсий в мир всякого рода курьезов и публичных увеселений, где"нравы"с их отрицательной
стороны всего легче и удобнее изучать.
С
моими русскими я съездил в Гамбург, в дешевом Bummelzug'e (поезде малой скорости), и там мы прожили
дня два-три, вкусили всех тогдашних чувственных приманок, но эта поездка повела к размолвке с У. — из-за чего, я уже теперь не припомню, но у нас вышло бурное объяснение, до поздней ночи. И с тех пор нас судьба развела в разные
стороны, и когда мы встретились с ним (он тогда профессорствовал) в Москве в зиму 1877–1878 года, то прежнее приятельство уже не могло восстановиться.
В тот же
день вернулся я с уложенным чемоданом в город Л. и поплыл в Кёльн. Помню, пароход уже отчаливал, и я мысленно прощался с этими улицами, со всеми этими местами, которые я уже никогда не должен был позабыть, — я увидел Ганхен. Она сидела возле берега на скамье. Лицо ее было бледно, но не грустно; молодой красивый парень стоял с ней рядом и, смеясь, рассказывал ей что-то; а на другой
стороне Рейна маленькая
моя мадонна все так же печально выглядывала из темной зелени старого ясеня.
И муж, и жена относились ко мне с тем милым доверием, которое так дорого врачу и так поднимает его дух; каждое
мое назначение они исполняли с серьезною, почти благоговейною аккуратностью и тщательностью. Больная пять
дней сильно страдала, с трудом могла раскрывать рот и глотать. После сделанных мною насечек опухоль опала, больная стала быстро поправляться, но остались мускульные боли в обеих
сторонах шеи. Я приступил к легкому массажу шеи.
— Чего ты фордыбачишься, дурочка! Тебе
дело говорят, а ты нос дерешь. Точно умнее тебя и на свете-то нет никого. Позвольте, господин, я вам всю эту историю расскажу по порядку, — повернулась она в
мою сторону.
Однажды, сидя еще на берегу, он стал дразнить
моего старшего брата и младшего Рыхлинского, выводивших последними из воды. Скамеек на берегу не было, и, чтобы надеть сапоги, приходилось скакать на одной ноге, обмыв другую в реке. Мосье Гюгенет в этот
день расшалился, и, едва они выходили из воды, он кидал в них песком. Мальчикам приходилось опять лезть в воду и обмываться. Он повторил это много раз, хохоча и дурачась, пока они не догадались разойтись далеко в
стороны, захватив сапоги и белье.
То, что я бросил
мою идею и затянулся в
дела Версилова, — это еще можно было бы чем-нибудь извинить; но то, что я бросаюсь, как удивленный заяц, из
стороны в
сторону и затягиваюсь уже в каждые пустяки, в том, конечно, одна
моя глупость.
— Я не нуждаюсь в вашем одобрении. Я очень желаю этого сам с
моей стороны, но считаю это не
моим делом, и что мне это даже неприлично.
— Ваши бывшие интриги и ваши сношения — уж конечно, эта тема между нами неприлична, и даже было бы глупо с
моей стороны; но я, именно за последнее время, за последние
дни, несколько раз восклицал про себя: что, если б вы любили хоть когда-нибудь эту женщину, хоть минутку? — о, никогда бы вы не сделали такой страшной ошибки на ее счет в вашем мнении о ней, как та, которая потом вышла!
— С
моей стороны, я совершенно отказываюсь судить в этаком
деле, — заключил Васин.
— Друг
мой, что я тут мог? Все это —
дело чувства и чужой совести, хотя бы и со
стороны этой бедненькой девочки. Повторю тебе: я достаточно в оно время вскакивал в совесть других — самый неудобный маневр! В несчастье помочь не откажусь, насколько сил хватит и если сам разберу. А ты,
мой милый, ты таки все время ничего и не подозревал?
В каждой комнате, чуть ли не в каждом окне, были у меня замечены особенные предметы или места, по которым я производил
мои наблюдения: из новой горницы, то есть из нашей спальни, с одной
стороны виднелась Челяевская гора, оголявшая постепенно свой крутой и круглый взлобок, с другой — часть реки давно растаявшего Бугуруслана с противоположным берегом; из гостиной чернелись проталины на Кудринской горе, особенно около круглого родникового озера, в котором мочили конопли; из залы стекленелась лужа воды, подтоплявшая грачовую рощу; из бабушкиной и тетушкиной горницы видно было гумно на высокой горе и множество сурчин по ней, которые с каждым
днем освобождались от снега.
Отец
мой пришел в отчаяние, и все уверения Михайлушки, что это ничего не значит, что
дело окончательно должно решиться в сенате (это говорил и наш Пантелей), что тратиться в низших судебных местах — напрасный убыток, потому что, в случае выгодного для нас решения, противная
сторона взяла бы
дело на апелляцию и перенесла его в сенат и что теперь это самое следует сделать нам, — нисколько не успокаивали
моего отца.
— Нет, вы теперь объясните мне: согласны вы, чтобы гробовщики жили на одном правиле с столярями? — приставал бас с другой
стороны Лизиной комнаты. — Согласны, — так так и скажите. А я на это ни в жизнь, ни за что не согласен. Я сам доступлю к князю Суворову и к министру и скажу: так и так и извольте это
дело рассудить, потому как ваша на все это есть воля. Как вам угодно, так это
дело и рассудите, но только
моего на это согласия никакого нет.
— Я принуждена вас поблагодарить за заботу о чести фамилии, которую носил
мой покойный батюшка, хотя, признаться, не понимаю причин такой заботливости с вашей
стороны, но я все-таки остаюсь при своем мнении: никакого князя Шестова я не только племянником, но даже отдаленным родственником не признаю, а потому до судьбы его мне нет никакого
дела.
— Именно какое
дело? — продолжал он. Если ты думаешь, что в наших отношениях не играет роль с
моей стороны никакое чувство, если ты полагаешь, что мизерною подачкою в Москву ты купила меня, то поздравляю тебя с такою победою, а себя с таким твоим лестным мнением о
моей особе.
Конечно, ваше сиятельство, это была ошибка
моя, но ошибка невинная!» Маститый властитель, поверив, что это в самом
деле была невинная ошибка со
стороны частного пристава, позволил ему остаться на службе, строго наказав ему, чтобы впредь подобных ошибок он не делал.
Мне начинает казаться, что на меня со всех
сторон устремлены подозрительные взоры, что в голове человека, с которым я имею
дело, сама собою созревает мысль:"А ведь он меня хочет надуть!"И кто же может поручиться, что и в
моей голове не зреет та же мысль? не думаю ли и я с своей
стороны:"А ведь он меня хочет надуть!"
Но, с другой
стороны, я очень хорошо понимаю, что на
дело моей доверительницы можно, было взглянуть и с иной точки зрения (поощренный успехом, адвокат до того разыгрался, что с самою любезною откровенностью, казалось, всем и каждому говорил:"Я шалопай очень разносторонний, господа! я и не такие штуки проделать согласен!").
— Благодарите вашего генерала за оказанную мне честь, но с
моей стороны было бы непростительно отрывать нашего генерала от столь важных государственных
дел! — отвечал граф и ушел в свой кабинет.
— Не смею входить в ваши расчеты, — начала она с расстановкою и ударением, — но, с своей
стороны, могу сказать только одно, что дружба, по-моему, не должна выражаться на одних словах, а доказываться и на
деле: если вы действительно не в состоянии будете поддерживать вашего сына в гвардии, то я буду его содержать, — не роскошно, конечно, но прилично!.. Умру я, сыну
моему будет поставлено это в первом пункте
моего завещания.